«Все твои близкие идут вместе с тобой к вершине, все твои приключения, все твои призраки»

18+

ФАКУНДО АРАНА В ALPINISMONLINE

Понедельник, 1 мая 2017 года, 08:00

Мы берем интервью у Факундо Араны, альпиниста. Очень увлекательный и глубокий разговор, как альпинист, он показал свою менее известную, но не менее впечатляющую сторону.


С 15 апреля 1995 года, когда Томми Хайнрих начал писать Историю Аргентины на вершине Эвереста, великий колосс Гималаев брал интервью у всех и у каждого нашего альпиниста, кто отваживался на этот подвиг.

Хотя абсолютно точно, что восходить на гору это не означает бросать ей вызов. Вовсе нет. Как раз наоборот. Прежде всего, это просить у нее разрешения хоть несколько минут побыть в вышине, где живет ее настоящий дух. С уважением, смирением, с готовностью принять все, что она приготовила для нас.

Именно то, что я только что сказал, мы и сможем понять в разговоре с нашим сегодняшним гостем.

Что касается Факундо, то его отношение к горе дает нам понять, что за человек тот, с кем нам предстоит беседовать.

Но, кроме этого, я хочу остановиться на том, что я выделяю во всем разговоре. То, что для меня становится главной идеей этого восхождения, «его» Эвереста.

Мы говорим здесь не о рядовом восхождении. Мы говорим об Эвересте, Джомолунгме или Сагарматхе, как ее называют здешние уроженцы, имеющие больше прав давать ей название, о самой высокой горе на планете.

О той горе, что долгие годы будоражила великих завоевателей, живших задолго до Хайнриха, стремившихся к ней и оставивших на ней свою жизнь. Такие люди, как Хиллари или Норгей, например. Или Мэллори или Ирвин, два пионера, воткнувшие совсем рядом с вершиной «отметину», которую, наверняка, никто и никогда не сможет «убрать» (1).

Возвращаясь к идее, о которой я упомянул, это не больше ни меньше, чем производное самого духа горы, чье влияние на человека прямо пропорционально ее величине, ее величию. Эта идея – качество, которое есть у каждой горы, и оно производит на альпиниста, совершающего восхождение, возможно, неожиданный эффект.

Иногда она дает нам позволение «прикоснуться» к своей вершине, всего на несколько минут. Не всем, только некоторым. Но, когда она позволяет, то, кроме удовлетворения, которое она приносит человеку, она передает ему как наследие нечто, чего он не ожидал — возможность заглянуть внутрь себя, познать самого себя гораздо глубже и обрести покой, которого он, возможно, и не собирался искать.

Так что смотрите сами, что дух этой горы передал в качестве наследия самому духу Факундо:

Как начинается день покорения вершины, Факундо?
Это день в 48 часов. Начинаешь, выходя из лагеря 2 в девять часов утра, и приходишь в лагерь 3 на высоте 8300 м около шести вечера.

В тот день, как только я пришел, подходит Тенди и говорит: «Возьми, это еда». Немного колбасы, которую он сам привез из Аргентины. Это был мой ужин. Это было ужасно вкусно.

И тут мы начали говорить о том, каким будет день покорения вершины, ведь я двигаюсь очень медленно, не так, как другие. Он очень мудро посоветовал мне выйти в 21 час, тогда как остальные выйдут на три часа позднее. И он сказал, что будет моей тенью, он пойдет со мной. Тенди сыграл решающую роль в моем продвижении вперед в течение всей экспедиции.

Одним словом, у меня было три часа на отдых, с шести часов вечера, когда мы пришли в лагерь 3, до девяти часов вечера (включая ужин), когда я вышел к вершине в сопровождении Тенди.Именно так, в девять часов вечера. И в результате я смог подняться на вершину вместе со всеми, одновременно.

А после выхода к вершине что было с питанием?
Потом идешь с веселым рационом: чай, соки, много жидкости. Лали Улела привезла с собой дегидратированную еду для больших высот, нечто особенное, действительно впечатляет. Это еда, которую я мог бы прекрасно съесть прямо сейчас, чтобы бегом отправиться домой. Супер. А еще, как я тебе говорил, много жидкости. Так я смог дойти.

«Все твои близкие идут вместе с тобой к вершине. Все твои приключения, все твои призраки»

Давай поднимемся немного выше. Что ты почувствовал, когда дошел до вершины?
Дело в том, что ты видишь, как она приближается. По мере того, как ты приближаешься к вершине, начинаешь осознавать тот факт, что много лет ты мечтал об этой горе, много готовился. А, кроме того, я шел с грузом того, что случилось в предыдущей экспедиции. Я упоминаю о ней потому, что тот удар, который мне нанес в тот раз Эверест, был справедливым.

Таким образом, в один миг я очутился там, в шаге от нее. У меня уже трое детей, у меня есть жена, и я уже 45 дней не видел их и безумно скучал по ним.

Тогда начинает появляться мысль о том, что надо спуститься и в один прекрасный день рассказать им о «приключении», которое пережил их папа. И я вспоминаю свою жену, которая сказала мне: «Не беспокойся, мы будем здесь ждать тебя». Вот это начинаешь осознавать, когда подходишь к вершине.
А потом?
И внезапно, когда я подхожу, начинает происходить, то, что, я думал, никогда не произойдет со мной. На мгновение я вспомнил то, что сказал Папа Франциск в минуту своего избрания: «Молитесь за меня». И вот, едва ступив на вершину, я падаю на колени, осеняю себя крестом и тут же начинаю молиться: «Отче наш, сущий на Небесах…». Я начал молиться за него. Молиться за Папу. И я это сделал потому .. Ну, он попросил.

Вот что произошло. Я – католик, меня воспитали в этой религии. Но для меня быть католиком, мусульманином, иудеем или буддистом – это одно и то же. Речь идет об одном Боге. Но, поскольку меня учили молиться по-христиански, я это сделал таким образом. Так же было бы и в любой религии.

Я молился Богу, нашему общему Богу, и я молился за того сеньора, который просил, чтобы мы молились за него. Едва закончив молиться, я заплакал как ребенок. Но я плакал от радости. Но только я один знал обо всем, что пришло вместе со мной на вершину. В эту минуту с тобой вся твоя жизнь. Это неизбежно.

И я подумал о своей жизни. О каждом из маленьких шажков.

Однажды, возвращаясь из Фундалеу домой (два квартала), я шел очень медленно. Мама с одной стороны, отец – с другой. Я шел, уцепившись за них, доктор Изольда Фернандес только что сделала мне лимфографию. Поэтому на ногах были порезы. Я хотел вернуться домой. И мы шли так: шажок-остановка. С вершины я позвонил Алексии Кеглевич из Assist Card. Она занималась координацией экспедиции из Буэнос-Айреса . Фактически я был на Эвересте благодаря ей и ее компании Assist Card.
Я попросил ее сказать моей Матери: «Мама, я посвящаю это Родителям, которые шли шажок-остановка два нескончаемых квартала, поддерживая своего ребенка».

Поэтому, все твои близкие поднимаются на вершину вместе с тобой. Все твои приключения, все твои «призраки», все твои удачи, все твои невзгоды. И все они усаживаются, чтобы поговорить между собой.

И в эту минуту ты понимаешь, что они дружат друг с другом, хотя и думают по-разному; надо сказать, что мои недостатки и мои достоинства могут «выпить мате» друг с другом. Все это очень обрадовало меня и дало силы спуститься вниз с желанием прожить еще сорок лет.

А твои товарищи по экспедиции? Что ты можешь сказать о них?
Моим товарищам я обязан всей экспедицией, ведь за долгие месяцы вынужденного сосуществования на свет выходит все хорошее и все плохое, что есть в человеке. Они были такими замечательными!

У нас все получилось. У нас было огромное желание, чтобы все получилось, как большая чудесная мечта. И так и было!

Я очень благодарен каждому из них. Ули (Улисесу Корвалану), Лали (Марии Алехандре Улела), Хуану (Хуану Мануэлю Боселли), Альдо (Альдо Валенсия), Лиз Роуз.

Они были и всегда будут семьей.

И наши товарищи, Шерпы и Тибетцы. Нет в целом мире языка и слов, которые смогли бы в полной мере выразить благодарность за их преданность, страсть, смирение и силу. Великодушие. Отвагу. Каждое из этих лиц и улыбок будут со мной всегда. Я передаю им привет через Alpinismonline!

Прежде всего, я очень рад, что дошли все. Тенди впервые организовал всю экспедицию и шел ее руководителем. Он взял восемнадцать альпинистов, проводников и клиентов, и всех привел вниз невредимыми, без единого отмороженного пальца. Посмотрите на Альдо (мексиканец Альдо Валенсия), действительно здорово, что он был с нами, ведь Альдо начал восхождение без кислорода, а когда увидел, что может подвергнуть опасности свой поход, на высоте более 8500 м он сказал: «Дайте мне кислород, я пойду с вами, я не упущу возможности увидеть ваши лица на вершине». Невероятно. Неописуемо.

И особо следует сказать о докторе Веронике Райноне, она была в составе экспедиции, была единственным доктором во всем Продвинутом Базовом лагере, она принимала всех, даже спасла жизнь американцу с отеком легких, его отвели вниз Адриан Бэллинджер и Кори Ричардс, он был очень и очень плох. Она принимала всех, шерп и участников других экспедиций, без всякой платы.
В этот день на вершину поднялись две девушки. Эквадорианка Карла Перес и американка Мелисса Арнольд. Я помню, что мы тогда опубликовали заметку, отмечая их достижение, ведь обе они покорили вершину без дополнительного кислорода. Ты виделся с ними?
Да, я помню! Карла Перес шла с мужем, она совершала восхождение без кислорода. Я виделся с ними. Я встретил ее, спускаясь от промежуточного лагеря к Базовому. Я уселся, чтобы съесть свою веселую еду, и подошла она. Она сказала, что ей надо спускаться в Базовый лагерь одной. Мы поделилим еду, и вскоре подошел ее муж, и мы втроем продолжили спуск к БЛ.

«Там, рядом с вершиной, восход солнца незабываемое зрелище…»

А что еще ты можешь выделить, что произвело на тебя впечатление в тот день?
Я смог многое увидеть. В какой-то момент я видел Кари Коблера («), промчавшегося мимо меня, как паровоз, извергая дым, свой собственный пар, сильного, крепкого. Как я тебе говорил раньше, я первым вышел к вершине и пришел одним из последних, ведь я шел в своем собственном темпе.

Я такой, я иду потихоньку. И Коблер был одним из тех, кто меня обогнал, самым решительным образом. Он очень сильный. Я шел очень сосредоточенно, а потом у меня было время постоять в большой очереди, которая оборазовалась под вторым уступом, там мы простояли около часа, на морозе это кажется бесконечностью. Тенди мне все время напоминал, что надо двигать ногами, чтобы не обморозиться.

«Любой порыв ветра, как удар стрелы, который сбросит тебя с горы в любое время»

И незабываем восход солнца там, рядом с вершиной, а полная луна, которая сопровождала нас все ночь .. незабываемо. Шум дыхания под маской, стук крюков и кирки по льду.. стук карабинов о крепления и друг о друга.. Жар в груди в контрасте с носом и конечностями на грани замерзания.

Почему вы решили идти через северное седло?
Мы шли по северной стороне из-за Тенди, он вел по этому склону горы, со стороны Китая. Меня воодушевила эта идея, ведь я не бывал в Тибете, и это была хорошая возможность побывать. А потом я уже поднимался со стороны Непала, мне оставалось только дойти до вершины, но я уже видел все с этой стороны, и еще мне очень захотелось пойти с Улисесом Корваланом, он мне как брат, с Лали Улела, она первая аргентинка, которая поднимается на семь вершин, с Хуаном Мануэлем Боселли. Если бы я не пошел с Тенди, я бы не дошел. Один – не смог бы. Мы заключили контракт с Тенди. Как я тебе говорил раньше, он привел на вершину восемнадцать человек, и всех привел вниз без единой царапины. Без единого отмороженного пальца.

Тенди обычно приезжает на Аконкагуа? Так ведь?
Да. Он приезжает с Фернандо Грахалесом. В прошлой экспедиции мы были с Фернандо Грахалесом, и Тенди был там с ним. Сейчас он организовал свою собственную фирму и водит экспедиции. Сейчас, я думаю, он там, работает на южной стороне с Mountain Madness (3).

На минутку вернемся к теме вершины. Там наверху ты в какой-то момент снимал кислородную маску?
Да, я снял ее, чтобы послать поцелуй семье. И еще было замечательно послать поцелуй папе и маме.

А воздух?
Нет воздуха. Невозможно, только 30% кислорода.

А как же эти титаны умудряются идти без кислородных баллонов?
Одно дело нырять, другое – задерживать дыхание. Они задерживают дыхание. Они как астронавты. Я их видел, они идут, словно в трансе. Я их очень уважаю. Потрясающе видеть их. Ты даешь им воду, уступаешь дорогу, выражаешь им уважение. Ты видишь, что они идут, и отходишь в сторону, чтобы уступить дорогу. Это уважение. Ты там для этого. Быть может, потом все это им дорого обходится. Они очень рискуют.

С китайцами были проблемы? Мы знаем, что они очень требовательны к исполнению правил …
Нет, но с нами все время находился связной, сеньор Янг, он прекрасно обходился с нами, был очень любезен. Но, да, не вздумай выйти за пределы положенного, «никакой самодеятельности». Если сделаешь что-нибудь не предусмотренное правилами, тебя выгонят, и тебя и всю экспедицию, никаких полутонов, ты уходишь и все. И никаких «постой, давай поговорим». Нет. Ты уходишь, а в следующий раз пойдешь в наручниках.

Жизнь приберегает карты, чтобы научить нас уважению, смирению, достоинству, учтивости, отзывчивости»

Ты чувствовал страх?
Нет. Уважение — да, все время. Особенно, смирение. Со смирением всегда доберешься в правильный порт.

В какие-то минуты было сложно? Я имею в виду опасность, ты ее чувствовал там?
Опасность есть все время, ты идешь в таком месте, держась линии безопасности, а это веревка, пропасть у тебя и одной и с другой стороны, и любой порыв ветра, как удар стрелы, который сбросит тебя с горы в любое время. А ты там не хозяин, ты постоянно просишь разрешения. Надо часто просить разрешения. Поэтому хорошо то, что случилось со мной в 2012 году. В какую-то минуту думаешь: Насколько тебе хочется вернуться? Ты действительно хочешь вернуться? Да, я действительно хочу вернуться!

Надо сказать, как ты говоришь, что не случись то, что было в 2012 году, окажись все легко, то, возможно, ты не испытывал бы к ней (горе) такого уважения, как должен бы…
Или, возможно, ничему не научился бы. То было обучение. Уважение рано или поздно появляется. Жизнь приберегла карты, чтобы научить нас уважению, смирению, достоинству, учтивости, отзывчивости.

Какие люди в Непале?
В Непале 102 народности. Нам было приятно познакомиться с шерпами, это одна из народностей, они живут на большой высоте, и они самые отзывчивые и благородные люди, каких только ты можешь представить. Они очень выносливы при восхождении, я видел, как они поднимались на 8300 м без кислорода. Они живут на другой волне, не так, как мы.

Ты думал вернуться туда?
Я хочу совершить трекинг до Базового лагеря, я хочу пойти с Марией, моей женой, и вновь отвезти ее туда, где я женился на ней.

Как это, ты женился там?
Да, это было во время экспедиции 2012 года. После эвакуации, когда я уже спустился вниз, я попросил у врачей разрешения доехать до Тенгбоче (4). Я поехал с такой мыслью. Там есть буддистский монастырь. Там живут монахи, они всю жизнь служат своей вере. Я спросил у одного монаха о возможности пожениться, имея в виду, что мы говорим об одном Боге. Так и было, я предложил Марии пожениться, и мы поженились в Тенгбоче

Сейчас, уже двигаясь к завершению, перейдем ненадолго к Аконкагуа, нашей горе. Как прошли твои восхождения там?
На Аконкагуа я поднимался три раза, в 2003 году с Эмилио Писарро, в 2010 году с Улисесом Корваланом и в 2016 году с Тони (опечатка в тексте, правильно — Томи) Сеппи, с которым я ездил на Эверест в 2012 году. В тот раз он поднялся на Лхотсе, без кислорода. Томи может в любой момент подняться на Эверест без кислорода.
В 2012 году перед Эверестом мы сделали документальный фильм, в котором должно было быть четыре выпуска, но я заболел раньше. Поэтому я буду всю жизнь благодарен Томасу Янкелевичу с Телефе, который поддержал меня и скзал: «Поезжай и сделай документальный фильм». Я сказал ему, что не могу обещать, что дойду до вершины. Как бы то ни было, мне поверили и сказали: «Все равно поезжай». И Бетанкур в 2012 году поехал в качестве документалиста, он спустился со мной вниз, чтобы довести до безопасного места, а потом вернулся с флагом Донорства крови, поднялся на вершину и все заснял. Вот такое подарила мне гора.

Ты будешь заниматься альпинизмом в будущем?
Честно говоря, я не знаю. Дело в том, что то, что мне надо было решить с самим собой, я решил. И об этом я тебе только что рассказал. То, что мои недостатки и достоинства могут сосуществовать, это уже нечто решенное. Это достижение. Мои недостатки не удивляются моим нравственным достоинствам, аи мои достоинства не удивляются моим нехорошим недостаткам, значит, у нас все в порядке.
Я был мальчиком, заболевшим раком. И этот мальчик со временем смог донести свою душу до вершины Эвереста. Моя душа умеет понимать. Ей не нужно много слов. Но мне кажется, что моей душе нравится жить от всего сердца.

Большое спасибо,Факундо, за твой чудесный рассказ.
Теперь в заключение и, возвращаясь к тому, что мы сказали в начале, до интервью. Вы смогли понять, что оставила ему эта гора в наследие? Что пробудил и огнем выжег в его собственной душе тот простой (и такой сложный) факт, что он прикоснулся на несколько минут к ее вершине?

Это альпинизм
Часть его сущности, которая обычно не видна. Так вот, здесь у нас ясный пример, который, возможно, пригодится кому-то из вас для того, чтобы проявить инициативу и посмотреть, что произойдет в вашей душе, если вы попытаетесь это сделать.

Сноски:
(1) ссылка на статью «Великий секрет горы Эверест»
(2) Кори Коблер, швейцарский альпинист, владелец фирмы «Коблер и партнеры»
(3) Mountain Madness, организатор экспедиций, США
(4) Тенгбоче – деревня в долине Кхумбу на северо-востоке Непала на высоте 3867 м. В ней расположен большой буддистский монастырь

Источник: alpinismonline.com